86-летний ветеран перебирает старые армейские фотографии. Среди черно-белых снимков советской эпохи мое внимание привлекает один цветной. На нем – юноша в морской форме.
– Это мой внук Алеша! – с гордостью говорит Михаил Николаевич. – Он учился в военно-морском училище в Санкт-Петербурге. А во время прохождения практики был на судне в Североморске, где когда-то служил и я.
От механизатора-целинника до солдата
Михаил Угрюмов родился в 1940 году в станице Тбилисской. Здесь он вырос, трудился, здесь живет по сей день. В 1958 году, после окончания семи классов школы №12, ныне СОШ №2, он выучился на механизатора в Ладожском профессиональном училище.
После практики молодых специалистов направили на освоение целины в Алтайский край. Планировалось, что парни отработают там два года, однако их пребывание оказалось короче. В сентябре 1959 года они вернулись домой, а уже в октябре были призваны в Вооруженные силы СССР.
Мастер глубин и турбин
Мечта Михаила сбылась: он попал в Военно-морской флот. Еще в школьные годы он грезил о службе в этих элитных войсках. В то время туда отбирали самых выносливых и обладающих отменным здоровьем парней.
Годичные учения Михаила прошли в Севастополе. Там он освоил две важные специальности: машиниста-турбиниста, ответственного за контроль режимов работы турбинных установок и их безаварийную эксплуатацию, и «легкого водолаза», способного погружаться на глубину до 25 метров. За время службы Михаил Николаевич совершил 25 таких спусков. Тренировки для водолазов проходили в гидробарокамере на суше: она заполнялась водой, и моряки должны были успеть перекрыть ее поступление, оставив себе жизненно необходимое воздушное пространство.
После учений Михаила на эскадренном миноносце направили из Черного моря в Североморск. Туда же для усиления Северного флота направились еще два боевых корабля.
Он знал все тайны корабля
По поручению командира Михаил Угрюмов вскоре занял должность писаря. Сначала он был дублером, перенимая все тонкости писарского ремесла у Николая Сопельняка из Ростова-на-Дону. Затем уже самостоятельно вел делопроизводство.
Ежедневно Угрюмов доставлял документацию с корабля в штаб, расположенный на суше. Его всегда сопровождал вооруженный моряк. Многие просили Михаила взять их с собой, чтобы хоть ненадолго оказаться на берегу.
Писарские обязанности Михаил исполнял во время стоянки у причала. А в открытом море он был помощником командира и дублировал его команды по громкой связи.
Гагарин, Кастро и морские приключения
Во время первого полета Юрия Гагарина в космос корабль Михаила Угрюмова находился у Новой Земли. Этот архипелаг в Северном Ледовитом океане входит в Архангельскую область. Михаил Николаевич вспоминает, что обычно цель похода морякам сообщали заранее, но в тот раз информация была засекречена. Лишь вернувшись, они узнали, что выполняли боевое задание по охране посадки космического объекта.
Еще одним запоминающимся моментом было преследование иностранного судна, которое успело уйти в нейтральные воды.
А от визита в Североморск Фиделя Кастро в 1960 году у Михаила Николаевича остались не только яркие воспоминания, но и фотография кубинского революционера. Во время его приезда моряки стояли в оцеплении, обеспечивая охрану общественного порядка. К приезду почетного гостя на корабле выдали новое постельное белье и перины, чтобы продемонстрировать иностранным гостям хорошие условия службы советских матросов. Однако после их отъезда старые принадлежности вернули.
Михаил Николаевич отмечает, что после морских походов, которые длились по несколько месяцев, ощущение качки долго не покидало моряков даже на суше. Особый страх, по его словам, вызывает килевая качка – когда судно сильно наклоняется вперед и назад. Столы и мебель на корабле надежно закреплены, чтобы не смещаться. Принимать пищу в таких условиях крайне сложно. Спали моряки, пристегиваясь цепочкой, чтобы не упасть.
По очереди матросы дежурили на камбузе – корабельной кухне. На флоте такое дежурство называли «бочковать», и этот период был самым приятным во время монотонной армейской службы.
Между службой и бытом
Корабль мог стоять в порту до недели. И тогда моряки могли ходить в увольнение, а долгие полярные дни на Севере позволяли отлучаться даже в «темное» время суток.
Помимо политзанятий и физподготовки, экипаж регулярно занимался уборкой корабля. Палубу мыли забортной водой. По субботам проводилась генеральная уборка, качество которой лично проверял командир. Михаил как писарь следовал за ним, фиксируя все недочеты. Затем он перепечатывал их и передавал командиру части. Со временем офицеры стали просить его записывать меньше промахов коллег, и Угрюмов шел им навстречу.
Стоит отметить, что на корабле не было никакой дедовщины. Опытные моряки не обижали молодых. За год до демобилизации каждый должен был подготовить себе достойную смену. Для этого закреплялся молодой матрос.
Всего Угрюмов отслужил на флоте четыре года: год в учебной части и три года на корабле. Демобилизовался в звании старшины второй статьи.
Угрюмов мечтал о заграничных походах, ради которых готов был остаться на флоте. Но для этого требовалось выждать еще три года. За это время его жизнь круто изменилась: он обзавелся семьей, освоил профессию шофера и устроился в колхоз «Кавказ», где на протяжении 25 лет возил председателя. А морская романтика и далекие страны остались лишь мечтой, от которой он в итоге отказался.
Судьбоносная встреча
Вернувшись из армии, Михаил вместе с другом-моряком отправился на танцы в центр Тбилисской. Там, как он вспоминает, их заметили красавица Вера, которая впоследствии стала его супругой, и ее подруга. Вера к тому времени уже получила образование швеи, но работала в рыбхозе.
– Зашли два моряка в форме – сразу все обратили на них внимание, – вспоминает Вера Ивановна. – Это были Михаил Угрюмов и Михаил Чанов. Они вместе учились в школе и училище, даже в морфлот попали вдвоем. Правда, Чанов служил на другом корабле Черноморского флота.
Михаил пригласил Веру на танец не в тот же вечер, а лишь спустя несколько дней. Затем они стали встречаться и через год поженились.
У Угрюмовых трое сыновей: Геннадий, Владимир и Николай. У всех уже взрослые дети: у Геннадия – сын Роман, у Владимира – Алексей и Михаил, у Николая, который, к сожалению, ушел из жизни в 2011 году, – дочь Вероника. Старшее поколение Угрюмовых радуется трем правнукам: трехлетним двойняшкам Артему и Арине и двухлетнему Макару.
Нашли могилу героя ВОВ
В 2020 году Михаил Николаевич осуществил свою давнюю мечту – побывал на месте, где похоронен его отец, Николай Емельянович Угрюмов, павший в годы Великой Отечественной войны на крымской земле.
Николай Емельянович родился в 1909 году. Из жизни он ушел 31 января 1944 года в военном госпитале после тяжелых ранений. В то время Михаилу было всего 4 года. Родственники получили официальное извещение о гибели главы семьи, но на протяжении многих лет не знали, где он был похоронен. Повзрослев, Алексей – его правнук и внук Михаила Николаевича – провел большое исследование. Ему удалось восстановить не только информацию о боевом пути прадеда, но и найти его захоронение, мемориальный комплекс, где увековечена фамилия воина. Этот памятник расположен в селе Глазовка в Керчи.
Во время визита в Крым Угрюмовы оставили на месте захоронения Николая Емельяновича кубанскую землю, привезенную с собой, и установили мраморную табличку с его фотографией.
Кроме Михаила, у Угрюмова-старшего были еще дети: сын Виктор, 1935 года рождения, и дочь Любовь, 1931 года рождения. Они мечтали найти и вместе посетить захоронение отца, но удалось это сделать лишь Михаилу.
